#phystt
Мы привыкли считать Циолковского отцом ракетной техники. И всё-таки справедливости ради следует сказать, что, по сведениям академика Белоконя, великий математик Николай Жуковский был убеждён, будто Циолковский был «психом». Ему мерещилось слово «рай» на небе. Он считал, что когда человек умирает, его атомы рассеиваются по вселенной, потом поселяются в другое существо, и начинается вторая жизнь. Если умершее существо было счастливым, значит, атомы счастливые, и жизнь нового существа будет счастливой. Если атомы несчастные — наоборот. Задача человечества — уничтожить всю несчастную жизнь на Земле. Циолковский описывает, кого убивать: «… больных, калек, слабоумных, несознательных… диких и домашних животных». Он писал: «Я получил нервное расстройство, такое сильное, что разучился бегать, и это отразилось на моих детях». Из шести его детей двое покончили жизнь самоубийством. Один всю жизнь хотел проколоть себе барабанную перепонку, чтобы стать таким же гениальным, как отец. В своих одиозных публикациях Салахутдинов сомневается в научном достоянии трудов Циолковского, однако, когда в начале двадцатых годов такие же сомнения возникли в советской прессе, Чижевский помог издать труды Циолковского, считая его своим учителем. Сомневаться в компетентности Чижевского было бы странным, сейчас он признан во всём мире как основоположник многих направлений науки, в частности космобиологии. А основоположники отечественной ракетной техники академики Королёв и Глушко считали Циолковского основателем космонавтики.